Участники обсудили, как меняется место воды в корпоративной и государственной повестке. Доступность и качество водных ресурсов, состояние водосборных бассейнов и экосистем, климатические изменения, технологическая модернизация и источники финансирования все теснее складываются в единую систему рисков и решений. Для бизнеса это означает переход от контроля объемов потребления и сбросов к более сложной задаче — учету водообеспеченности в корпоративной стратегии, инвестиционном планировании и оценке долгосрочной устойчивости производства.
Дарья Григорьева, директор по устойчивому развитию компании «Полюс», отметила, что клуб уже обращался к экономике воды, однако нынешняя дискуссия получила новый ракурс — на пересечении государственной водной политики, климатической повестки и практики корпоративного водопользования.
Светлана Шейнфельд, директор группы по операционным рискам и устойчивому развитию Kept, обозначила главную практическую задачу встречи — перевести происходящие изменения на язык бизнеса: понять, каким образом компаниям реагировать на меняющиеся условия водообеспеченности, необходимость экономии воды и другие связанные с этим риски.
Одной из центральных линий дискуссии стала системность водной повестки. Вода связывает климат, состояние земель и экосистем, продовольственную безопасность, промышленность и социально-экономическую устойчивость территорий. Поэтому управление отдельными показателями водопользования вне этого контекста все меньше отвечает масштабу возникающих рисков.
Светлана Бик, руководитель платформы «Инфраструктура и финансы устойчивого развития» ИНФРАГРИН, рассмотрела эту взаимосвязь через глобальный контекст водного кризиса и деградации земель.
«Водное неравенство растет, водный кризис развивается, недоговороспособность, в том числе по водным вопросам, собственно, мы с вами уже свидетели водных конфликтов между странами... И проходящая сейчас конференция по опустыниванию, да, и та тревога, с которой и, в общем, и те аналитические работы, которые там выкладываются, в частности, вы знаете, что на полях КОПа по опустыниванию представлен доклад ФАО по продовольствию, засухе и так далее, с очень тревожными цифрами и с выводом, что земля истощается. То есть она буквально горит под нашими ногами, руками, головами, телом, химией и так далее, да?
А что такое опустынивание? Это уход воды, это нарушение всех циклов. Поэтому, на самом деле, мы с вами имеем вот такую картину, когда вот эти все качества, критерии такого высокого уровня в отношении воды идут по нисходящей и очень жестко вот такими, понимаете, просто пиками и стрелами».
Отдельной темой стала экономика реализации Водной стратегии. В ходе дискуссии был обозначен разрыв между экологическими целями и финансовой архитектурой их достижения. В стратегической рамке пока недостаточно ясно определено, какую роль в реализации национальных задач должны играть бизнес и финансовый рынок. Между тем значительная часть водопользования приходится на коммерческий сектор, поэтому достижение поставленных целей будет требовать не только бюджетных расходов, но и внебюджетных инвестиций, финансовых инструментов и понятных механизмов участия компаний.
О подходах к развитию Водной стратегии рассказал Виктор Четвериков, директор проектного направления «Экология и климат» Агентства стратегических инициатив. Среди обсуждаемых изменений — переход к бассейновому принципу управления, цифровизация данных, развитие замкнутого водооборота, восстановительные природные проекты и усиление роли внебюджетного финансирования. Один из наиболее значимых сдвигов для бизнеса — превращение воды из преимущественно экологического показателя в фактор производственных и инвестиционных решений.
«Водообеспеченность становится фактором размещения производства и инвестиционного планирования. То есть в настоящий момент это свидетельствует о том, что теперь всё, что происходит с потреблением воды, со сбросом воды — должно выходить на принципиально новый уровень».
Практический взгляд промышленной компании представил Николай Кирюшин, руководитель направления департамента по охране окружающей среды компании «Полюс». Опыт компании показывает, что соблюдение обязательных нормативов становится базовым, но уже недостаточным уровнем водного менеджмента. Следующий этап — оценка эффективности самих технологических решений, развитие более рационального водооборота и поиск моделей, которые позволяют одновременно сокращать ресурсную и экологическую нагрузку, а также капитальные и операционные затраты.
Общий вывод дискуссии: водный след постепенно выходит за рамки специализированной экологической метрики. Водообеспеченность и водоемкость становятся параметрами технологической эффективности, инвестиционного планирования и конкурентоспособности, а управление водными ресурсами — частью более широкой системы управления природным капиталом и долгосрочной устойчивостью бизнеса.
